Далар. Борьба с искушением

Объявление

Добро пожаловать в Далар!
Добро пожаловать в Далар, мир меча и магии, мир возможностей, испытаний и свершений! Предлагаем окунуться в интриги придворных, расследования инквизиции и будни вольных корсаров.

РЕЙТИНГ: 18
ЖАНР: средневековое фэнтези,
магия, драма, эротика, экшен
ОРГАНИЗАЦИЯ ИГРЫ: эпизодическая
Погода
В Даларе солнечно. Днем даже жарко, но дует свежий соленый бриз, а ночью нужен плащ.
Днём: +15°C +22°C
Ночью: +14°C
Вода: +14°C
Дата в игре
венец цветов 1362 года со дня знамения
Новости
Украшенная к свадьбе столица оказалась в кольце горящих деревень! ночлега на тракте не найти, зато можно встретить зомби. Ведется следствие!
Альваро
администратор
Отвечает за порядок курирует пиратов и Южные провинции

610432719

Личное сообщение
Альваро
Анна
администратор
Проверяет анкеты, Курирует дворцовую линию и Север

384569609

Личное сообщение
Анна
Фредерик
администратор
Техническая сторона вопроса, графика, церковная линия

667855846

Личное сообщение
Фредерик
Маскарад

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



WANDERLUST

Сообщений 1 страница 4 из 4

1


Фэнтези ♦ Авторская мистика ♦ Легенды
http://sg.uploads.ru/Qmx1b.png
АкцииСюжетF.A.Q.

0

2


http://s8.uploads.ru/9szGQ.jpg
Alicia Vikander

► Имя Фамилия: Выбирай Любое
► Возраст: 30-35 на вид
►Трудоустройство: шеф-повар ресторана, принадлежащего Малкольму Монтгомери

► Вид: существо
► Легенда: La Loba, женщина-волчица

► Способности

По легенде, La Loba – женщина, собирающая кости волков и возвращающая своей песней их к жизни. Может и сама обращаться в волка. Так что, мы говорим о шейпшифтинге и лечении и оживлении животных (но только обычных животных, не существ)

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
YOUR HISTORY
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

В ту ночь Айдану просто очень не везло с добычей, поэтому уже близко к рассвету оборотень и оказался так близко к людям, а ты с того дня больше не возвращаешься одна темными парковыми аллеями. Зверь тебя напугал, загнал подальше в чащу и там уже приготовился съесть, когда внезапно услышал уверенное: “Только попробуй меня тронуть, и я тебе оторву всё, что осталось от твоего хвоста”. В этот момент стало происходить что-то странное: ты и правда перестала бояться огромного волка, а оборотень склонил лобастую голову, подошел осторожно и почти заискивающе и даже дал себя погладить. В следующий момент мир стал восприниматься иначе, с другой точки и в других цветах, и вот друг напротив друга стояли уже два волка поневоле. В ту ночь ты держалась рядом, пока оборотень охотился, но он сожрал только лисицу, на беду подвернувшуюся под лапу. Шкуру он приволок тебе в дар, ровно перед тем как вновь вернуться в человеческую форму, после чего и ты вновь обрела свой прежний облик. На рассвете оба были в легком шоке от произошедшего, и Айдан не придумал ничего лучше, чем отвести тебя к своему отцу, по совместительству Мерлину, да-да, тому самому, по пути объясняя, как мог, что с некоторыми людьми случаются странные вещи и на поверку они оказываются вовсе и не людьми. Через неделю ты вернулась к нам, так как на работе действительно стали происходить странные вещи – курицы под твоим ножом оживали, рыбы плавали в кастрюле как в пруду, по кухне скакал кролик, которого заказали за четвертым столиком. Люди тогда еще про легенд ничего не знали, и ты не представляла, что теперь делать.
Мерлин тогда предложил тебе работу в его собственном ресторане, мы с тобой подружились и остаемся друзьями с тех пор, с конца 90х. После того как о легендах стало известно всем, ты вступила в Creatures Liberation, в том числе, из лояльности Мерлину и благодарности за его помощь в прошлом.

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
FOR YOU
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Во-первых, Айдану нужен друг, с которым можно обсудить свои волчьи будни, к тому же, он любитель влипать в разные неприятности, и можно влипать в них вместе. А еще он будет считать, что ты готовишь лучше всех, и приходить на ресторанную кухню как наркоман за новой дозой гастрономического экстази. Как относиться к тому, что Айдан жрет людей – тебе решать. Если резко отрицательно, с этим тоже можно будет придумать интересный поворот.
Во-вторых, Creatures Liberation очень нужны люди. С ними можно поиграть в разные взрослые и серьезные игры.
В-третьих, здесь много хороших игроков, с которыми можно поиграть всё, что захочется.

пример поста

Когда Айдан попытается вспомнить все события того вечера в мельчайших деталях, рассказывая о них офицеру полиции, его памяти представится истинная вакханалия: отблески пламени, отражения которых пляшут на лицах зевак, собравшихся вокруг, небольшая потасовка с хозяином кабриолета, которую Келлс торжественно проблевал, да и, к тому же, он чувствовал себя слишком виноватым, чтобы отбиваться. Вот он стесал себе ладони, падая на асфальт и приземляясь на оппонента, вот ударился затылком, когда тот спихнул его с себя, вот заботливые, но совершенно немилосердные руки снова сгребают его с земли, на сей раз это полицейские, и его припечатывают разбитой мордой в капот полицейской машины, заковывая в наручники. Последнее, что он видит, прежде чем его впихивают внутрь машины – это обгоревший кабриолет, который вряд ли подлежит восстановлению.
- Нет, я не употребляю наркотики постоянно. Нет, я не продаю наркотики. Нет, я не покупаю наркотики. Нет, я не укуриваюсь крэком до потери сознания каждый вечер. Это все одна большая ошибка, офицер.
Полицейский, который его допрашивал, в тесной комнатушке, даже без этого зеркала во всю стену, которое показывают в кино, пытался, как он думал, вывести его на чистую воду. Келлс никуда не выводился, тихо и упрямо отвечал на вопросы, стараясь поменьше двигаться, потому что у него болело всё – желудок, почки, голова, руки, ноги, а главное, задница, поэтому хотелось уже поскорее перестать сидеть на ней. Его пиджак, ремень, шнурки и скудные пожитки забрали еще на входе, все, что оставили, было грязным и местами рваным. От него явно пахло паленым.
Он числился на тот момент студентом-бакалавром кафедры биохимии и на него смотрели совсем скептически – вопрос, где он взял наркотики, задали уже десять раз, видимо, надеясь услышать, что он сварил их сам. Айдан продолжал твердить, что его угостил какой-то неизвестный ему студент, это было один раз, первый и… последний.
Офицер душевно объяснил ему, что ему повезет, если он отделается общественными работами и лучше бы договориться с мистером Шоу, хозяином сожженной машины, по-хорошему, чтобы не попасть за решетку надолго. Он мог бы внести за себя залог, но у него не было нужной суммы даже не с собой. Келлс попросил связаться со своим отцом, офицер записал данные и сказал, что посодействует, после чего его, наконец, заперли в камере, той самой, что в участке находится на всеобщем обозрении. Видимо, воспитательный процесс начинается ровно с того момента, когда все окружающие смотрят на тебя как на последнее дерьмо. Айдан сидел и ждал своего личного волшебника, который освободит его из темницы.
Отец вряд ли наорет, хотя он никогда еще не жег чужие машины, это новый уровень, так что кто знает. Да и всегда есть куда расти по лестнице Уголовного Кодекса. Например, он никогда не убива… Не, стойте. Ну, то есть, не стрелял, не резал… ножом. О, банки никогда не грабил. Хотя тут, наверное, просто не было нужной мотивации.
На самом деле, Айдан больше всего боялся фирменного папиного “Я в тебе разочарован, сынок”, которое отец умел говорить одним взглядом. Это было хуже криков и ремня, честное слово. Всю жизнь, с того момента, как Келлс узнал, кем является его отец, помимо того, что он и отец ему вовсе, он хотел быть хотя бы немного как Артур. Да-да, тот самый. Почему-то казалось, что уж Артур-то отца не разочаровывал. Но до Артура Айдану было как до луны и обратно, так что… Как только офицер сказал ему, что приехал отец, и за него внесен залог, он начал внимательно рассматривать свои ботинки, боясь поднять голову и встретиться с тем самым взглядом. Он изучил каждую трещинку, каждый ободок вокруг шнурков, каждый отблеск кожи, пока выходил из камеры и подходил к хозяину кабриолета. Отца он тоже узнал по ботинкам.
Пожалуй, Айдану стоило вытатуировать себе на лбу “Прости, папа”, потому что это сочетание слов сопровождало, пожалуй, каждую вторую их встречу. Произнесенные, эти слова уже потеряли смысл и вес. Наверное, стоит начать падать на колени и замаливать грехи.
Как-то незаметно для самого Келлса все трое – он сам, хозяин кабриолета и отец, столкнулись в небольшом холле перед камерами, и у тех двоих взгляды были один убийственнее другого, и оба смотрели на него. Айдан решил сразу перейти к делу, чтобы закрыть эту обгоревшую и заблеванную страницу своей жизни поскорее и навсегда. 
- Пап, я сжег машину этого джентльмена и хотел бы возместить ему ущерб с твоей помощью. Я все отдам, до последнего пенни. Спасибо, что внес залог.

0

3


http://78.media.tumblr.com/e120becc61b532d2919f1384bcad1f9e/tumblr_o51m2dROyO1qa3emao1_250.gifhttp://78.media.tumblr.com/9d13f3dd4f7441f306d6f178f18669d7/tumblr_o51m2dROyO1qa3emao4_250.gif
Gael Garcia Bernal

► Имя Фамилия: Диего Эрнандес (или на ваш выбор)
► Возраст: от 90 и больше
►Трудоустройство: преподаватель танцев

► Вид: лоа
► Легенда: Маман Бриджит

► Способности

отличная целительница, может вылечить находящегося при смерти, изумительно танцует, способна пить нестерпимо горячий и острый ром и не морщиться

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
YOUR HISTORY
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Диего родом из Аргентины, он с детства знает, что от сильной любви не только танго танцуют, но и зарезать могут. Родился в небогатой семье, папка погиб в уличной перестрелке. Мальцом попал в подмастерья к сапожнику, но как-то к ним в лавку зашла танцовщица танго заказать туфли, попросила доставить готовые к ней в гримерку в кабаре, где она танцевала. Диего доставил и пропал - пал жертвой танго. Из кабаре его, конечно, отправили пинком под зад, но на уличных милонгах стал завсегдатаем. К шестнадцати лет перетанцевал половину Буэнос-Айреса. До двадцати лет днем прибивал набойки и шлифовал носы на туфлях богатых господ, вечерами закатывал рукава на рубашке и шел становиться причиной девичьих слез. Один раз настолько удачно станцевал, что жених партнерши принял это за измену и пообещал отрезать ему все, что мешается. У жениха друзей оказалось больше, чем у Диего, так что решение было очевидно - драть когти, желательно подальше.
Где-то в районе Колумбии Диего попросился переночевать в крестьянской лачуге и случайно вылечил сына хозяина, лежавшего при смерти второй день. Такого с ним раньше не случалось, к медицине он был равнодушен и не способен себе мозоль пластырем залепить. В благодарность отец спасенного приплатил ему из закромов столько, что хватило на билет до Европы.
За время путешествия через океан Диего окончательно осознал себя мамой Бриджит, успел надраться с матросами в порту и выучить танец Яблочко. Прибыл в Париж и, поболтавшись по ночлежкам, танцами да песнями на Мормартре заработал на скромную студию, открыл свой танцевальный класс. Яркий темперамент, неуемный характер и шило в заду не дали усидеть и там - повращавшись в богеме и покрутив романов, с кем попало, Диего устал от этого дерьма и подался в Шотландию, гладить овечек и пить чистый скотч. Ему отчаянно не хватает чего-то, но он еще не знает, чего.

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
FOR YOU
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Что это тут у нас? Да-да, веселый гендерсвитч. Дорогая женушка, мне мила твоя небритость и латиноамериканский темперамент, давай пить и танцевать. Я недавно начал осознавать себя Бароном, так что поначалу будет сложно, но весело.
Я вижу маман Бриджит остроумной, умеющей в крепкое словцо, отчаянно ревнивой, с огромным пылающим сердцем и невыносимо прекрасными батманами. Мы будем легендарными, будем устраивать бурлеск каждый четверг, пить с матросами и танцевать бачату на поминках. Я подарю тебе не звезду с неба, но красивый крест на могилу :3
Смену внешности, пожалуйста, согласуйте со мной, я все-таки очень долго ее выбирала, но играть в конце концов вам. Вы также вольны поменять факты в биографии, но умение танцевать и профессию, пожалуйста, оставьте как есть.

пример поста

Впервые алкоголь Ула попробовала во втором классе. Детским алкоголизмом тут и не пахнет - она заболела, была оставлена на бабулю, а та, вспомнив молодость дала внуче теплого бренди, чтобы больной ребенок случайно не выкашлял легкие на только что почищенный ковер. На вкус было противно, но ощущение тепла и легкое головокружение Уле понравилось. Тем не менее, в следующий раз испить чашу ей предстояло через десяток лет, уже когда ее сверстники в Манчестере и Ист-Энде Лондона постепенно завязывают с зеленым змием.

Ула очнулась от того, что у нее замерзла пятка. Втянув ее под простыню, она поняла, что либо однокурсники решили очень смешно ее разыграть, либо она и правда находится в больнице, где проходит практику.
Только теперь уже в качестве пациентки.
Память подсовывала какие-то лоскуты из прошедшего вечера - ресторан, пугающего вида рыбина с пряной начинкой, темнота в глазах, воздуха не хватает, свет в конце тоннеля и архангел Петр ключами размахивает, а потом писк аппаратов, тряска - на носилках в машину скорой. Хорошо погуляли.
При этом хотелось продолжения. Смерть, пришедшая и уже было поволокшая в свое царство, кажется, была надежно и надолго отогнана. Это надо было отметить. И хорошо, с музыкой, танцами и горючим.
Горючего хотелось невыносимо. Как будто все эти годы Ула копила в себе желание надраться, и сейчас оно переросло ее, весь этаж, всю больницу, и здоровым жадным монстром тащило ее в больничной сорочке прочь от капельниц в сторону злачного местечка.
"Мне же нужно хорошенько продезинфицироваться после отравления", - решила Ула, и спрыгнула босыми ногами на ледяную плитку пола. Под койкой нашлись белые больничные шлепанцы, палата оказалась на втором этаже, а окно даже открывать не пришлось - начало лета выдалось жарким. Сверкнув голым задом, Ула выбралась на подоконник и пробралась на пожарную лестницу. И десяти минут не прошло, как ее проснувшийся алконавигатор повлек ее в сторону бара.
К четырем часам утра в "Бешеных псах" оставались либо алкоголики, либо самые стойкие тусовщики. Публики было немного, но большинство было слишком ужрато, чтобы обратить внимание на тощенькую пигалицу в больничной сорочке, плюхнувшуюся на барный стул и треснувшую кулачком по стойке.
- Дайте рому, - незнакомым до сегодняшней ночи баском потребовала Ула. - И перцу туда сыпаните, чтоб остро было, ага? - строго посмотрела она на бармена. Так она обычно смотрела на маленьких пациентов, не желающих глотать витаминку. - А сигары продаете?
Гулять так гулять - раз уж выжила, можно и закурить.

0

4


http://78.media.tumblr.com/bb422b3a8f0b9bd859006331d02c4107/tumblr_p3nlbbcnx51qljqu0o5_540.gif
rebecca ferguson

► Имя Фамилия: Honora "Nara" Farquhar || Хонора "Нара" Фаркуар
► Возраст: 32 года плюс-минус
►Трудоустройство: временно безработная

► Вид: незарегистрированное существо из категории shapeshifters, кеаск (ceasg)
► Легенда: русалка в мифологии Шотландии и острова Мэн

► Способности

Кеаск также известны как «девы волн»; это прекрасные женщины с рыбьими хвостами, которые по желанию способны менять на человеческие ноги. Основная функция в старинных легендах – соблазнять моряков или просто оказавшихся у океана мужчин и забирать их на дно морское.
По некоторым преданиям, кеаск способны одурманить человека не только красивой внешностью, но и пением, взглядом глаза в глаза и даже уговорами проследовать за ними (до вышеуказанного морского дна, вестимо, но вряд ли это уточняется заранее). Лучший способ избежать сей участи – вовремя скрыться; если этот ход конём не удался, ундине следует «высказать почтение», при этом избегая её взгляда и пения.
От человеческих мужей они могут иметь детей – также смертных.
Эти существа способны хранить свои «души» вне тела, обычно в тайном, труднодоступном месте; только найдя и уничтожив «душу», можно убить саму кеаск. Что не уберегает чудных дам от физических повреждений, разумеется.
В воде волосы русалки темно-зеленые, на воздухе же они становятся золотистыми.
Пойманная человеком, кеаск способна на манер золотой рыбки исполнить три его желания; после этого она получает свободу и способна исчезнуть в тот же миг.

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
YOUR HISTORY
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲


Есть существа, к которым осознание собственной природы приходит постепенно, но Нара с рождения знала, чем отличается от людей – и с рождения желала быть среди них.
Её мать, разумеется, кеаск, отец – шелки, не оставивший о себе ни малейшего напоминания. Когда в благополучном пригороде Эдинбурга произошла серия убийств – поразительно, но среди найденных не было ни одного обычного смертного, - заподозревавшая неладное родительница, молодая и прекрасная, как рассвет, снялась с места и вместе с подругой, хваткой и активной Дэйной Эдсит, отправилась по программе академической мобильности в университет Канады и там, пленив красотой некоего юриста, вышла замуж и вскоре родила девочку – дитя совсем другого мужчины. Так началась жизнь Хоноры.
Нара не отрицала свою сверхъестественную сущность, но и не кичилась ею; по совету матери притворялась - вполне успешно - человеком и вела размеренную и сытую канадскую жизнь. Когда дочь Дэйны Эдсит, Тилли, вскользь упомянула о военной карьере, Хонор решила - а почему бы и нет? Они обе прошли равную подготовку, но были разведены в стороны на долгое время: у прелестной кеаск возникли к приятельнице чувства, выбивающиеся за рамки дружеских, но по-юношески грубая и неделикатная Тейлор была резка, когда говорила «нет».
Армейское общество Хонору не приняло; лишь только стали известны её бисексуальные предпочтения, на девушку градом обрушилось общественное осуждение – толерантность берёт верх отнюдь не всегда. После ожидаемого увольнения она пропала со всех радаров ровно до начала семнадцатого года, когда, перемахнув за океан в Эдинбург, оказалась на пороге дома матери Тилли – раненная, трясущаяся в лихорадке, с воспалением лёгких и переломом запястья, оставившая в Торонто потревоженный муравейник из полицейских (её всё ещё ищут по обвинению в непреднамеренном).
История должна была кончиться заключением под стражу, и в метафоричном смысле именно так оно и сложилось: старый дом Дэйны Эдсит стал для Хонор и госпиталем, и тюрьмой, а хлопочущая по хозяйству и умудряющаяся невесть откуда доставать самые разнообразные лекарства Тилли – самым строгим надсмотрщиком. Покуда ундина не чает иного, кроме как излечиться и окрепнуть, однако рано или поздно, так или иначе временное затишье окончится и всплывут на поверхность вопросы, доселе тщательно и по обоюдному желанию замалчиваемые.

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
FOR YOU
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

События, обернувшиеся гонкой с законом, коварно оставляю на откуп потенциальному соигроку. Я не исключаю полной невиновности Нары – подставить невиновного под карающую гильотину Фемиды порой дело вовсе не трудное, - равно как и полного осознания с её стороны всего лиходейства от и до (если у неё не было иного выхода, например). Логика и обоснованность в любом случае – наши с вами лучшие друзья, и я прошу учесть следующее: Хонора Фаркуар – человек, по умолчанию не склонный терпеть насилие. Она не сталкивалась с абьюзом (а если и да, не прогнулась под него), не потчевалась родительским террором, и, если кто из её друзей-сожителей вздумал бы выкручивать ей руки, дала б отпор или недолго думая ушла в закат. С её врождённым талантом находить компромиссы и средь бытовых дрязг сохранять в целостности спокойствие и рассудительность девушка, надо полагать, заведомо отделена от всяческих неприятностей, однако сия защита дала слабину, а результат, как говорится, налицо.
Её предпочтения на стороне не одних только мужчин, верно. По какой причине она отошла от предками навязанных традиций и полностью ли исключила из круга приближённых сильный пол – решение суть ваша, заинтересовавшийся, прерогатива.

Имя, фамилия, базовые элементы биографии и характера персонажа неизменны; внешность и раса выбирались наугад и доступны изменению после предварительного обсуждения.
Нара – девушка самодостаточная, и более чем вероятно, что после выздоровления она получит с некоторыми понятными оговорками полную свободу перемещения и действий, так что безоговорочной привязки к одной только Тилли не будет, обещаю.
Поделюсь с вами анкетой Тиллс как ещё одним источником информации о Наре и подсоблю, если потребуется, с пропущенными частями биографии Хонор. Приходите)

пример поста

На пасеке латиноамериканского гетто сегодня чрезвычайная суета.
Хель смотрит сквозь прищур, как двое ребят из наиболее отбитых и наименее разборчивых шестёрок их общей потрёпанной колодки сначала до абсурдности долго и серьёзно беседуют у запертой двери, затем отчаливают в неизвестность, лишь только завидев новую смену: нонче бдения у тайной комнаты подроблены до минуты выверенной почасовкой, и муха незамеченной не пролетит, куда уж отдельно взятой мексиканской девице. Собственной тенью Анхела маячит у самого края, домашняя рутина заменяет ей маскировочный костюм; очередной тюремный надзиратель – Нэсто, гадина эдакая, ничего ведь не упустит! – пробует выставить её вон, получает отпор и следующую четверть часа терпит её ненавязчивое присутствие. Хель, разумеется, на рожон не лезет, но хрупкая канва её терпения начинает стремительно истончаться.
В ночь среди узуального гудения их скромного улья она уловила доселе незнакомые нотки – тревожные слухи, выцеживать которые ей пришлось буквально по каплям; говорили о каком-то там решительном ударе, о каком-то там узнике, о каком-то там выкупе, о какой-то там мести… Впрочем, какое общество, такие и разговоры в нём циркулируют, однако под утро новости неожиданно подтвердились, а высветившиеся под солнцем неаппетитные подробности заставили Анхелу Флорес знатно переполошиться. Знатно настолько, что в зад раненным оленем она понеслась по просторам малой родины выжимать информационные крошки из немногочисленных свидетелей - появление в недрах баррио свежего мяса всегда сопровождалось бурным интересом со стороны аборигенов, - компилировать разрозненные фрагменты и строить догадки одна другой хуже до тех пор, пока все точки над i не были расставлены окончательно: в гости к радушным мексиканцам заявилась Ви, и едва ли по своей воле.
С этого момента Анхела переключается на задачу куда сложнее; узнать, кто прячется за закрытой дверью – полбеды, отпереть эту самую дверь – вот достойная ставка в игре. Она берётся за дело засучив рукава и ещё до завтрака начинает окучивать воевод-самозванцев, дабы их в крови замаранными руками прорубить себе дорогу к Виорике; первые два-три отвода её не шокируют и не охлаждают пыл, очередной внезапно оборачивается успехом. «Ради всего святого, Хель, тебе-то это зачем? – недоумённо спрашивает верзила с рассечённым неровной сеткой шрамов на несколько плоскостей лицом, но мобильник его разрывается в приступе фанатичной преданности, и языком трепать ему решительно не досуг, - а, к чёрту, иди и скажи». С номинальным допуском за спиной она проходит негласный предбанник, отделяющий жилую зону от логова зверя, сиречь от неказистых домишек особой стратегической важности – ей либо кивают, либо задают неудобные вопросы, но у Анхелы есть амулет – разрешение вышестоящего, - и амулет работает верно. Перед Нэсто и вторым, как его бишь, она объявляется ближе к полудню.
Эрнесто недоволен: в ходе божественной эманации указаний от старших ему досталась несладкая участь – помимо прочего гнать взашей праздношатающихся, и вот нате, пришла, да такая, какую не выгонишь. Он честно пытается, но Хель прерывает его и в конечном итоге отпирает заветную дверь, обронив лишь горсточку слов. Всего лишь два, если придерживаться математической точности, зато угодивших в самое сердце.
- Бывший наркоман.
- Что?
- Девчонка, - поясняет Анхела и ждёт, покуда по нервным каналам охраны дойдёт нехитрый посыл.
Ибо хлебосольство американо-мексиканских группировок подразумевает халявную раздачу дури всем засидевшимся визитёрам; иными словами, укатают посетителя в точку, если на власть имущих нападёт подобная блажь, и на власть имущих именно такая и нападает – чтобы девица не разбуянилась за товарищескими рукопожатиями, отчего ж не обдолбить её до невменяемости, ибо за апатичным телом присматривать неизмеримо проще. Соблюдая заветы предков, латиносы идут проторенной тропой, но они не знают предысторию Виорики, а вот Хель знает и уже предвидит последствия.
До Нэсто доходит. Его временный ассистент отправляется на ту сторону проверить, не отделилась ли душка от тушки, а Эрнесто ухмыляется Чеширским котом и клятвенно заверяет, что беспокоиться не о чем и что как только его приятель вернётся, она, Анхела, отправится прямиком в пешее эротическое. Приятель отлучается на секунду, а пропадает пятнадцать минут – Хель засекла. Когда возвращается, из-под узуальной мексиканской охры отчётливо просматривает неаппетитная серость.
Ужас наконец отпирает ей двери. Брошенная на чью-то заведомо заправленную кровать бесформенным тюком, Виорика напоминает живое существо огорчительно мало; Хель произносит тягучее как патока «Бля-а-а», за которое успевает прыжком пересечь комнатёнку – окно забито намертво, внутри буквально нечем дышать, сложноструктурный парфюм Ви доминирует над пространством, - опуститься пред пленницей на колени и, бережно приподняв веки, осмотреть белки глаз. Без кровоизлияний, хвала небесам! Однако дыхание практически неуловимо, пульс будто бы тепло от вчерашнего уголька – не чувствуется, но угадывается, - а время играет не на их стороне. Анхела стискивает зубы до боли и размышляет недолго.
Эрнесто смотрит ей в спину тяжело и беспокойно; сомнений нет, для Виорики в гетто ничего хорошего не готовили, однако если она отчалит раньше кем-то свыше оговоренных сроков, Нэсто предстоит перенести от своих же ряд весьма увлекательных профилактических мероприятий; профилактических, ибо лучшим средством для предотвращения болезней и горестей всегда была и остаётся гильотина. Он жаждет получить от Хель лечебный бальзам каких-никаких утешений, и с мягкой улыбкой старшей сестры, пришедшей унести от младшенького ночные кошмары, Анхела развевает его сомнения.
- Если девчонка умрёт, - говорит она на сумасшедшем чикано-арго, - твоей жене отрубят голову и заставят тебя сожрать её целиком. Всю, не только голову, Нэсто.
- Да иди ты, Хелла, - огрызается Нэсто, но неагрессивно.
Они все здесь понимают: обрисованная Хель перспектива при указанном ею раскладе едва ли не мягчайший паллиатив. В гетто прекрасно знают толк в извращениях.

В животе Анхелы Флорес урчит от голода, звук настолько отчётливый, что перекрывает торопливый топот кроссовок. Она прикидывает все за и против и прерывает самопальную спасительную операцию, чтобы разжиться хот-догом и стаканчиком горячего кофе на ближайшем углу; а затем, уединившись в непопулярном среди мимо проходящих людей тупичке, продолжает сгорать в огне нетерпения, смотреть на дверь безликой забегаловки и ждать, ждать. Сосиска на вкус оставляет желать лучшего, кофе горчит, а у Хель от предстоящего мелко и вероломно дрожат руки.
Она не могла покинуть дом сиюжесекундно: проще сразу расписаться в двойной игре и подставлять палачу шею. Раскалёнными щипцами вырвав у Нэсто обещание оставить Виорику запертой и ни при каких обстоятельствах не добавлять ей свежей дозы, даже если та вдруг очнётся и впадёт в боевой раж – поворот вполне прогнозируемый, между прочим, - наша дама не помчалась сломя голову прочь, но вернулась в мастерскую и приняла очередной заказ; даже потрудилась выслушать от хозяина тачки беспрецедентно мудрый поток рекомендаций и при этом ни разу – ни разу! – не выругалась. А ей, к слову сказать, очень хотелось. В течение следующих двух часов Хель была смертельно занята в компании бензиновых протечек и разводных ключей, и времени, убитого на прикрытие, ей хватило для окончательного вердикта – к братьям по разуму из Бюро обращаться определённо не стоит: попадёшь в многокилометровую очередь и получишь бонусом полный запрет на импровизацию.
Потому, едва успев обтереть руки от машинного масла, Анхела обратилась к известным мастерам джем-сейшна, славящимся высочайшим уровнем зажигательного на коленке деланного экспромта; иными словами, набрала Маркуса Гранде и, представившись таинственной незнакомкой, готовой слить бесценную информацию практически за бесценок, в наглую забила ему стрелку и отключилась, по всеми любимой бабской традиции оставив за собой пресловутое последнее слово.
Слово, тем не менее, сдержала: посетовав на отсутствие нужных деталей и на исключительную дороговизну оных у более-менее официалов, отправилась якобы на мелкий рынок, на деле же – караулить Марка у захудалой разливашки и попутно давиться хот-догом, для которого название cool-rat подходит куда как более.

История, в которую влезла, не нравится ей категорически.
Анхела хмурится, задерживаться ей непозволительно: не приведи господь кого встретит, да и начальник, свинья похотливая, в любой момент может затребовать её обратно. Из-за метафорического занавеса она выходит слишком рано, собиралась значительно позже и при совсем иных обстоятельствах, однако бог, как известно, смеётся над планами, над её так просто исхохотался.
Завидев у входа человека, биографические завихрения которого исподтишка наблюдала в течение стольких лет, Хель тенью следует за ним внутрь. Позволив ему отыскать закуток поукромнее, сама движется по затейливой траектории, проходящей через барную стойку и территорию женских сортиров – коп наверняка её заприметил, но запутать след лишним не будет. Она выжидает ещё горсточку минут, дабы убедиться, насколько возможно, что к рандеву не присоединится третья сторона, и лишь затем, нисколечко не успокоившись, обрисовывается пред светлые очи Маркуса во всём неподражаемом великолепии рабочей одежды и химозной автосервисной вони.
Выясняется внезапно, что подглядывать со стороны – одно, стоять лицом к лицу – совсем другое. Знакомые по старым фотографиям и эпизодическим слежкам черты вышибают из неё дух, и Анхела молчит, неспособная подобрать нужные слова – вообще какие-либо слова, - а в голове на повторе крутится извечный мотив: «А что, если?..». Заезженную песню она прерывает практически силой.
- Маркус Гранде, - не спрашивает – констатирует; она узнавала его в полумраке умирающих дней, узнаёт и сейчас. Боги, конечно же, узнаёт. – Это я звонила.
Когда Хель выкладывает перед ним хитросплетённый женский кулончик, серебряную безделушку из тех, за которые ей пришлось бы продать свою почку, руки её ещё трясутся.

0



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC